Золотые россыпи завета предков

Чувство Родины у каждого человека зарождается по-разному, но есть у всех нас, граждан большой страны, объединяющие начала.

Руки матери, родная школа, храм, пример старших, подвиги героев.

Как чудо человеческих рук, таланта и Божьего промысла стоит Храм Святой Екатерины в с. Тугустемир.

По данным местных краеведов, храм Святой великомученицы Екатерины (Екатерининская церковь) был в основном отстроен в селе Тугустемир в 1852 году титулярным советником Виктором Ивановичем Звенигородским (его особняк сохранился недалеко от храма. – Прим. авт.).

Виктор Иванович служил в пограничной таможне. Человек предприимчивый, энергичный, жизнелюбивый и небедный, он имел поместье в селе Тугустемир. В тридцать один год женился на девятнадцатилетней Екатерине Васильевне Никифоровой - дочери вдовы-подполковницы. В молодой семье Звенигородских каждые два года рождались дети, но в 1829 году в возрасте 29 лет Екатерина скончалась от чахотки. В память о любимой жене Виктор Иванович и воздвигнет каменный храм. Строительство помещик начал в 1850 году. Люди, которые жили на этом месте, были выселены в д. Старый Турай. Мастера для строительства были выписаны помещиком из городов, а основную работу выполняли крепостные крестьяне. В 1854 году строительство церкви было закончено.

Из поколения в поколение передаётся рассказ Анны Егоровны Саниной о строительстве церкви: «Каждого крестьянина села обязали принести на строительство церкви по несколько сотен яиц, ведь кирпичи клали на раствор, в который мастера добавляли яичный белок».

До сих пор ни один кирпич не упал сам по себе. Для церкви и барского дома кирпичи делали из местной глины на кирпичном заводе за селом. Существует любопытная легенда, согласно которой кирпичи не возили к месту строительства, а от завода до церкви бережно передавали из рук в руки по живой цепочке длиной в три километра. Культовое сооружение построено по проекту всемирно известного архитектора Константина Андреевича Тона.

Позднее новые помещики под расположенной с северной стороны колокольнею высотой 43 метра (старожилы села уверяют, что в ясную погоду с неё видно село Новомурапталово, которое от Тугустемира находится в 25 км по прямой на трассе Уфа – Оренбург. – Прим. авт.) в 1870 году построили тёплую церковь во имя Святого Чудотворца Николая. Церковь и колокольня были обнесены каменной оградой с деревянными решётками (сегодня стоит кованая изгородь), вдоль которой посадили белую сирень, которая впоследствии погибла из-за варварского отношения. Лишь несколько кустов этого красивого растения жители села сумели сохранить в своих садах.

В церковной библиотеке находились книги для чтения в 520 томах. В 1895 году при церкви была открыта церковноприходская школа, там преподавал священник Дмитрий Смирнов, для школы было специально построено здание.

Примерно в километре от села находится родник с чистой и приятной на вкус водой, считающийся святым источником. Рядом с ним – небольшое озеро с холодной водой, купание в котором хорошо освежает и придаёт сил в летний зной. Родник этот образовался после взрыва большого количества взрывчатки при геологоразведке ещё в довоенное время. Назвали его Серебряным, так как учёные обнаружили большое содержание ионов серебра в воде, за счёт чего происходит обеззараживающий эффект. Сказывается близость серебряных руд в горной породе. Известно, что в церквях освящённую воду хранят в серебряных сосудах, а войска Чингисхана на дальние расстояния по степям и пустыням везли с собой воду в ёмкостях из серебра.

Не случайно на церковных картах особо отмечались святые источники, месторасположение которых часто совпадало с залеганием в недрах серебра. И зимой, и летом люди приезжают сюда, чтобы искупаться и набрать воды в надежде поправить здоровье. Температура воды круглый год - четыре градуса по Цельсию, даже в лютые морозы водная гладь не покрывается льдом. Здесь и форель водится.

По словам самих жителей, история села началась в 1794 году, когда помещик Михаил Афанасьевич Никифоров поселил в это место крепостных крестьян из Владимирской губернии. На этой богатейшей земле с прекрасными лесами, горами, реками и лугами издавна проживали башкиры Бушман-Кипчакской и Санким-Кипчакской волостей Ногайской дороги (области), кочевали здесь ранее ногайцы (кыпчаки, половцы).

Как показывают архивные документы, сеитовские (каргалинские) татары воспользовались правом заводить хутора и основали здесь в 60–ых годах XVIII века первое поселение, которое назвали Тугустемир по речке того же названия.

Земля тугустемирская была взята в аренду на 30 лет с уплатой каждой семьёй по 50 копеек ежегодно.

Сохранился поимённый перечень этих первопоселенцев, именуемых в источниках «тугустемирскими татарами».

Среди них - три семьи Усмановых, две Заитовых, четыре Сулеймановых, семьи Исянгулова, Рахматулова, Хасанова, Кудашева и другие. Поверенным этих крестьян при заключении «записи» выступил Мансур Ахметов.

Желающих приобрести землю было много, но цены на башкирские земли росли, и поэтому башкиры–вотчинники, по всей видимости, ещё до окончания срока аренды расторгли договор и решили продать землю. Тугустемирские угодья ещё несколько раз меняли хозяина. В ноябре 1789 года была составлена купчая, по которой эта земля была куплена у башкир майором князем Маметчиреем Бековичем–Черкасским (потомок кабардинских мурз. – Прим. авт.) за тысячу рублей. Башкиры теряли все права собственности на проданную землю, за исключением права пользоваться бортевыми деревьями для сбора мёда диких пчёл.

В конце декабря того же года М. И. Бекович–Черкасский продал её за ту же цену оренбургскому и сибирскому генерал–губернатору, генерал–поручику, барону Осипу Андреевичу Игельстрому.

В 90-х годах XVIII века владельцем этой земли, лежащей по рекам Тугустемир, Осиелга, Талы являлся надворный советник Николай Петрович Ишпов, а в 1794 году её купил упоминавшийся ранее подполковник М. А. Никифоров.

В купчей было указано, что земля состоит при деревне Тугустемир, в которой находятся «хоромные и дворовые построения», разного рода здания, принадлежавшие «прежде жившим там татарам». Из этого можно заключить, что после продажи земель, в частные руки бывшие арендаторы – татары - покинули селение.

Во второй половине 1790–ых годов помещик М. А. Никифоров поселил в Тугустемире (знающие люди говорят, что название села раньше писалось «Тогузтемир». – Прим. авт.) русских крепостных крестьян, привезенных из внутренних губерний страны, 15 дворов было заселено из Владимирской губернии. Сюда присылали крестьян, отбывавших наказание. Они жили у подножия горы, называли их «наказные», отсюда, по всей вероятности, произошло название горы Накас.

В истории села, сразу отметим, было много помещиков (включая знаменитую в округе семью Шоттов. – Прим. авт.), и каждый из них оставил след в истории населённого пункта. Сосновый бор, церковь, барский дом, здания заводов – всё это со временем стало памятниками. А вот с названием села – Тугустемир - не всё так просто. У каждого из наших собеседников есть своя версия. Один сказал, что название возникло от протекающей здесь речки, а та в свою очередь - от тюркского имени Тугызтимер. Другой поведал, что однажды охотник-башкир расставил девять капканов по берегу реки. Когда же пришёл проверить добычу, то не нашёл не только добычи, но и капканов. Капканы были сделаны из железа, а оно было в средние века дорогое. Потеря для охотника явилась большим горем. Он ходил по берегу реки, размахивая руками, и сокрушенно произносил:

«Тугустемир, тугустемир». В переводе с башкирского это означало «девять железок». А третий утверждает, что происхождение названия реки и села связано с основанием самого населённого пункта. В верховьях речки долго не могли срубить толстое дерево. Пришлось вбить в нижнюю часть ствола девять железных клиньев, чтобы свалить дерево (хотя если село основывали переселенцы из Центральной России, то зачем переводить девять железных клиньев на тюркские языки? – Прим. авт.).

Есть ещё одна альтернативная версия происхождения названия. Её нам поведал один из краеведов, проживающих в нашей республике. Итак, после подавления Пугачёвского восстания Екатерина II запретила местным башкирам заниматься кузнечным ремеслом. Сделано это было из опасения новых бунтов, ведь умелые лучники могли помимо подков и сельхозинвентаря вновь выковать себе большое число сабель, кинжалов и наконечников для стрел, копий. Однако удалённость разрешённых кузниц, дороговизна их изделий, желание сохранить мастерство своих кузнецов, необходимость охотиться на диких зверей, а также защищаться от них – всё это подвигло башкир вопреки указу императрицы открыть подпольные кузницы. Одни из них и располагались по берегам этой реки, а было их как раз девять. Такая, как сейчас говорят, сеть кузниц занимала выгодное месторасположение: потребляли местную руду, из леса без проблем доставлялись дрова, кузницы находилась на стыке земель различных племён, между горнолесной местностью и степью, рядом проходит тракт Оренбург - Уфа, а подкованных лошадок для ямской (почтовой) службы опять-таки поставляли местные жители.

Вернёмся к храму. Когда мы подходили к нему всё ближе, то заметили, что время оставило на нём свои горькие отметины. Мало того, что от ветхости стены потеряли прежний облик, так в нижней части зубилом выбиты различные, в массе своей неприличные слова, чьи-то имена, аббревиатура и т. п. Давно нет на окнах кованых решёток с большими ячейками и стёклами разных цветов….

Начиная с 90-х годов прошлого века, когда осознали значимость храма, и по сей день восстановлены основной купол и купол на колокольне. Остаются пустыми 12 выемок (по три на каждую сторону света. – Прим. авт.), где раньше стояли гипсовые скульптуры апостолов Христа. Правда, осталась лишь одна фигура, да и та без головы…

По информации краеведов, в 1928 году храм закрыли, разграбили. Пытались снять крест с самого верха - ничего не получилось. И тракторы не помогли. В 1933 году в ночном пожаре огонь уничтожил центральный купол храма. Никто не искал причину: сгорела и сгорела. Хотели новые власти снести подчистую храм с колокольней, да строились они и в самом деле на века. И взрывчатку впустую потратили, и силы, и нервы. В 1934 году решили, что целесообразнее использовать культовые постройки в хозяйственных целях. Колокольню – под склад ядохимикатов, храм – под зернохранилище.

Вспоминает одна из старейших жительниц Тугустемира Н. Ф. Пронькина:

- Какие были иконы красивые! Я девчонкой зерно сортировала там. И вот ветер как подует, да пыль со стен разметёт – сердце затрепещет, иконы откроются и такой свет от них удивительный. Кто-то ведь создал такую красоту!

А создал эти великолепные росписи уже в начале 20 века (до этого стены были украшены проще. – Прим. авт.) знаменитый Платон Фёдорович Рудин (1875–1959 гг.). Он учился в Санкт-Петербургской художественной академии (окончить академию уроженец Бугуруслана не смог, так как его подвергали регулярной обструкции революционно настроенные студенты-разночинцы «за связь с попами». - авт.). Ему покровительствовал известный православный проповедник Иоанн Кронштадтский, оценивший талант выходца из провинции при росписи петербургских храмов. В течение семи лет с 1908 по 1915 годы Рудин расписывал храм. Работа велась только в летние месяцы. Помогали ему брат Георгий и жена Зинаида. Иногда помощь оказывали заезжие художники из бродячих артелей. Местные жители рассказывали, что среди них были художники из г. Санкт-Петербурга и даже французы. По воспоминаниям мелеузовского художника Владимира Ивановича Калабухова, его отец ходил пешком из Старой Отрады в Тугустемир, чтобы учиться рисованию у старого мастера.

А ещё внутри храма было организовано настоящее стрельбище. Военрук местной школы учил подростков метко стрелять. В предвоенные годы воспитанию ворошиловских стрелков уделялось особое внимание. Так вот этот деятель ставил пятёрки тем ребятам, кто попадал в глаз святым, изображённым на фресках! В годы войны на фронте погиб и сам военрук, и два брата – выпускники сельской школы, которые отличались особым рвением в уничтожении культурных реликвий… Но и после войны, несмотря на послабления советской власти в отношении церкви, будничный вандализм школьных хулиганов продолжался. То закидают фрески полными чернильницами, которые разбиваясь, оставляют тёмные потёки, будто слёзы, спадающие вниз. То выбивают острыми металлическими предметами надписи. Наследие предков, которые вложили максимум усилий - кто большие денежные средства, кто свой физический труд, продукцию подворья - не ценилось потомками. А ведь это достояние не увезли за границу, не превратили в капитал. Строили для всех, для будущих поколений.

Словно Святоекатерининскому храму была уготована участь древних величественных мегалитических строений сирийской Пальмиры, которые вначале уничтожали время и землетрясения, а затем, уже в наши дни, религиозные фанатики, не приемлющие иной взгляд на жизнь, иную веру, не ценящие красоту памятников зодчества.