Во время отпуска Холост получил благодарственное письмо от главы Куюргазинского района Юлая Ильясова и флаг района от главы Бахмутского сельсовета

Никогда ещё не приходилось мне встречать на пороге своей квартиры нежданных гостей, которым я так бы обрадовалась.

Услышав негромкий стук в дверь, удивилась: «Кто бы это мог быть в столь поздний час?». А за дверью меня ждал большой букет роз: «Здрасьте, тётя Нияра!». Я просто была в шоке, увидев друга сына в военной форме. Живой! Слава богу!

23-летний Холост на СВО отправился осенью прошлого года, когда в стране объявили частичную мобилизацию. Сам бахмутский, после срочки служил по контракту. На спецоперацию порывался пойти ещё той весной.

- В нашем батальоне много ребят из Башкирии, есть и наши куюргазинские и даже с Ермолаево пацаны, - рассказывает Холост. - Бат, Тима, Ахмат, Тара. Не перечислишь всех. Эти и другие ребята - моя семья. Я когда уезжал оттуда, честное слово, хотел поскорее обратно вернуться. Потому что знал, что к своим вернусь. Мы родными стали.

Разговорились. Стараюсь увести его от темы войны. Расспрашиваю о погоде в тех краях, где был Холост с бойцами, о мирных жителях, о нём самом и его здоровье.

- Летом жарко было, иногда даже очень. Сейчас там дождливо, сыро. Как на Дальнем Востоке. А так всё, как и везде. Жизнь вперемежку со смертью.

И замолкает. А потом я просто слушаю его, уже не задавая вопросов.

- Я другой стал. Просто другой. И на жизнь, на людей смотрю немного иначе. Жизнь - это миг, и в этом коротком промежутке времени ценить нужно всё. Абсолютно.

Когда попал на передовую, страшно было только поначалу. Потом привыкаешь. Это страшно звучит, но это так. Вот идём на зачистку. Впереди враг. Выбора нет: или я его, или он меня. Часто из вражеских окопов звучит польская речь.

Поляков-наёмников там много. Иногда даже, кажется, что воюющих украинцев уже не осталось. Особенно их всех слышно, когда обдолбаются чем-то и кричат очень громко. Когда брали их позиции, и шприцы находили, и пакетики с каким-то веществом.

Больно, когда уходят наши. Вот мой командир Сакал, он из Канчуры был, подорвался на мине. В тот день тяжёлые ранения получил ещё один наш боец, осколочное в спину. Инвалидом, скорее всего, останется.

Дронов вражеских стало больше. Снабжают нациков хорошо, но и у нас неплохое вооружение, хватает. С питанием по-всякому бывает. Если идёт обстрел, конечно, нет возможности доставить бойцам еду. Сами готовим, научились, привыкли. На связь выхожу редко, а то запеленгуют нас. РЭБ ведь, радиоэлектронная борьба. С отцом перекинусь парой фраз и всё, долго говорить нельзя.

Уходя, Холост говорит: «Помните, тётя Нияра, я тогда в сентябре обещал вернуться? Слово своё сдержал. И ещё увидимся!».

Дай-то бог, сынок. Возвращайтесь все, ребята, живыми-здоровыми! Да хранит вас бог.

Нияра Кашапова